Все ли работы хороши…
Нужно ли реформировать реформы? Вот в чём вопрос
Фото: Фёдор Евгеньев

В школы приходит лишь треть выпускников педагогических вузов


Реформы, объявленные на заре перестройки, превратились в долгострой, обречённый на саморазрушение. К такому неутешительному выводу пришли философы, педагоги, историки, доктора наук, профессора, участвовавшие в круглом столе «Шигалёвщина в российском образовании», проведённом «Литературной газетой» в рамках проекта «Словесник». Менялись генпланы, «прорабы», проекты, подходы…


– Идёт целенаправленное разрушение интеллекта будущего России, – задал тон разговору доктор философских наук, профессор Московского государственного областного университета (МГОУ) Пётр Калитин. – К нам приходят ученики после удачной сдачи ЕГЭ – они просто безграмотные. Они разучились мыслить. Они не только не способны грамотно изложить прочитанное – они и говорить-то связно не умеют. В лучшем случае тупо прочитывают то, что скачали в интернете. А тут ещё возникла идея объединить с другими вузами наш университет, лишив студентов базового академического образования. Направить их интересы в узкую колею только профессиональных навыков. Недаром по интернету гуляет высказывание Грефа: образованный народ нам не нужен, мы не сможем им управлять.

– Образование – это не просто совокупность обучающих учреждений, а система цивилизационного воспроизводства, – развил мысль коллеги доктор исторических наук, профессор МГОУ Вардан Багдасарян. – Уничтожив идентичные образовательные традиции, даже при благополучии всех прочих институтов жизнеобеспечения цивилизация погибает. К реформам образования следует относиться с особой осторожностью.

Утверждается подход универсальности менеджмента. Согласно ему различий в управлениях между банком, государством и школой не существует. Из этого следует, что деятельность школы, любого другого образовательного учреждения, должна, как и банка, измеряться приносимой прибылью. Стоит ли удивляться, что большинство педагогических вузов разом оказались в соответствующих рейтингах в кластере неэффективных. В целом по России непосредственно в школы приходит 25–26 процентов выпускников педвузов. Менеджерский вывод при такой арифметике прост – эти вузы нерентабельны. Но стоит перейти от менеджерского взгляда на уровень социального осмысления, и постановка проблем будет совершенно иная.

У президента России во время «Прямой линии» с народом вызвала удивление информация о заработной плате учителей. По официальной статистике, она в среднем по стране равна 30 тысячам рублей. Пора, наконец, заявить, что эти цифры не просто неточны, а представляют собой тотальный подлог. Обманывают прежде всего президента, требующего от чиновников выполнения майских указов. Профессия учителя по-прежнему материально аутсайдерская. Можно как угодно критиковать педагогические вузы, но при зарплате в 12 тысяч рублей желающих стать учителем будет немного.

Университет и Рынок, равно как и Храм и Рынок – институты, противоположные по своим функциям. Современные реформы ставят навыки выше знаний. Мол, знания быстро устаревают, а навыки остаются. Но навыки и стандарты без мировоззрения и смыслов превращают человека из творца в функцию. Навыкам обучают раба, действиями которого управляет хозяин.

– Образованный народ власть имущим не нужен. Нужен электорат. Нужен потребитель. Вот два требования к народу. – Поддержал коллег доктор философских наук, заслуженный профессор МГУ Михаил Маслин. – Реформы почти разрушили советское образование, а ведь оно было вполне достойным. В 1958 году конгресс США даже принял «Закон об образовании в интересах национальной обороны». Напомню, в 1957 году был запущен первый искусственный спутник Земли, и под влиянием угрозы преимущества русских сфере образования выделялись гигантские средства. Это был федеральный, обязательный для исполнения во всех 50 штатах закон.

Сегодня идёт не стихийное, а продуманное вытеснение философии из системы высшего образования, из системы подготовки кадров высшей квалификации. Кафедры философии вытесняются более практическими и более утилитарными кафедрами политологии. В МГУ пять или шесть кафедр политологии. Они дублируют друг друга. Да и факультеты дублируют друг друга: факультет мировой политики, факультет глобальных процессов, факультет государственного управления…

Преподавателям теологии выделяется четыре тысячи мест, а философам оставляют всего 300. Три сотни мест на все вузы России! Госстандарт – три часа истории философии в программе вуза.

«Польза философии не доказана, а вред от неё возможен», – с грустью процитировал бывшего министра народного просвещения (1850 год) князя Ширинского-Шихматова профессор Маслин.

У доктора педагогических наук, профессора, заведующей кафедрой русского языка Ростовского государственного университета (РГУ) имени А.Н. Косыгина (Технологии. Дизайн. Искусство) Татьяны Черкашиной своя болевая точка.

– Из школ и вузов уходят русский язык и литература. Вместо них – натаскивание к ОГЭ и ЕГЭ, – сетует Татьяна Тихоновна. – Невнимание к гуманитарному образованию подрастающего поколения приводит к тому, что в интернете настойчиво продвигаются идеи возрождения неонацизма, русофобии, ксенофобии. Вряд ли можно считать случайной оплошностью работников сферы услуг рекламу мужской стрижки «Hitlerjugend» в крупном сетевом магазине на юго-западе Москвы. Причёска «под фрица» или «под немца» – в моде в России с 2013 года.

Русский язык и культура речи как учебные дисциплины исключены из новых образовательных стандартов вузов нефилологического профиля подготовки. Человеку «без языка», оторванному от родной культуры, подобно Матвею из одноимённой повести В. Короленко, «родины хочется».

Как только начинается «обрезание» речевой культуры, так тут же начинается духовное обнищание человека, готовится новый биообъект, которым можно управлять, создавать различные конструкции обыкновенных роботов, исполняющих волю хозяина. Неслучайно А.С. Шишков предупреждал: «Хочешь уничтожить народ – уничтожь его язык».

Многие педагоги высшей школы грешат на ЕГЭ. Вирус ЕГЭ поразил не только школу, но и… политику. По результатам ЕГЭ, как по надоям или застройке жилья, отчитываются губернаторы и мэры. Этот пример привёл заместитель декана философского факультета МГУ по научной работе, доцент кафедры истории русской философии, кандидат философских наук Алексей Козырев. По административной цепочке спускается требование – в регионе надо повысить результаты ЕГЭ. Надо, так надо! Иначе чиновника снимут.

– Дело не только в том, что мы потеряли среднее образование. Мы потеряли наших школьников, потому что в 10–11-х классах вместо того чтобы полноценно учиться, они готовятся к ЕГЭ, бегают по репетиторам, – сказал Козырев. – В школе к экзамену готовят плохо, значит, надо найти специально обученных людей, которые своей профессией сделали подготовку к ЕГЭ. У меня аспиранты уходят не защитившимися, потому что уже выбрали профессию – репетитор по обществознанию. Занимаются тем, что натаскивают неучей к экзамену и неплохо этим зарабатывают. ЕГЭ нигде в таком виде, как у нас, не существует. Только в Китае и Египте есть что-то похожее. Нигде в мире нет такой системы, при которой единственным условием поступления в вуз были бы какие-то баллы за какие-то работы, написанные на выпуске из средней школы.

И ещё на одной «деликатной» проблеме заострил внимание доцент Козырев. На грантах Российского научного фонда (РНФ). Они не всегда уходят тем, кто действительно талантлив и преуспел в науке – делом, результатами, открытиями, а не присутствием в качестве «свадебного генерала».

– Я осторожно выскажу предположение, что крупнейший Российский научный фонд, в который вбухано очень много денег, обслуживает политический и научный истеблишмент, – уточнил Козырев. – Гранты этого фонда нередко получают не талантливые, перспективные учёные, а администраторы от науки. Люди, которые благодаря лояльности к власти получили высокий статус в научном мире.

Не секрет, что подчас академиками становятся отставные политики или администраторы. Что в Академию наук зачастую выбираются специалисты в политических играх и закулисных интригах, чиновники с определёнными лоббистскими связями, а не истинные учёные, преданные науке.


Реформы, которые длятся десятилетия, в конечном итоге становятся контрреформами и только плодят новые проблемы. Гораздо разумнее было бы, по мнению участников круглого стола, не ломать прежнюю систему, а усовершенствовать её, отринув в новых условиях неприемлемое и взяв лучшее. Но можно ли объединить «коня и трепетную лань»? Приглашаем к разговору учителей, преподавателей вузов, родителей.

Теги: школа , образование , реформы , проблемы