Выпуск 9(28) ЛГ-19_2017
Выпуск 9(28) ЛГ-19_2017
Показать все »
Меч и огонь менее разрушительны, чем язык.
Р. Стиль
 

Пушкин и профессор Ожегов

Мысли, навеянные чтением толковых словарей

«Я ехал посреди плодоносных нив и цветущих лугов. Жатва струилась, ожидая серпа», — кратко и красочно передал дорожные впечатления Поэт в своих заметках «Путешествие в Арзрум».

8eef56298bfc93caaa0f2acdd827c481.jpg

А мне пришлось рыться в словарях, чтобы докопаться до сути. «Жатва» — это ведь не только процесс сбора урожая в нынешнем понимании этого слова, а ещё и «всякой стоячий хлеб, предлежащий к жатве». Это было первое, историческое значение слова, тогда как «уборка зерновых, а также время такой уборки и собранный во время такой уборки урожай» шли следом. То есть уступали по своей значимости — видимо, в силу частоты употребления в данном значении, а именно: «богатая, изобильная, хорошая жатва».

Так учил Пушкина Словарь Академии Российской, издававшийся на протяжении нескольких лет, в 1789-1794 годах. Словарь Даля нашему Поэту был неведом, Пушкин до его выхода просто не дожил. А там-то и случилось смещение значений, и вышло вот что: «жатва — сбор с нивы хлебов и вообще полевых плодов. | самый хлеб на ниве, или уже снятый; | время, пора съемки хлебов, страда |».

Значения слова к шестидесятым годам XIX века поменялись местами, а в советские времена и вовсе произошла трансформация. В словаре Ушакова то значение, которое имел в виду в своих заметках Пушкин и на которое языковед ссылается, становится книжным, то есть потихоньку вытесняется из употребления.

Профессор Ожегов идёт ещё дальше: Пушкина у него и в помине нет! Жатва — это: 1) уборка зерновых; 2) время такой уборки: 3) собранный во время такой уборки урожай (обильная колхозная жатва).

Вот откуда «ноги растут»! Незачем жатве «ожидать» серпа, если всякая уборка — это битва за урожай, а промедление здесь есть деяние, к тому же наказуемое по партийной линии…

Мастер лубочных картинок Ольга Муратова, назвав свою работу «Жатва», вернула нам истинного Пушкина, которого от нас решил однажды скрыть идейно подкованный товарищ Ожегов.
Впрочем, и на лубке Поэт знает цену настоящего, упорного труда, в большой нелюбви к которому Александр Сергеевич Пушкин заклеймил литературного сибарита Евгения Онегина.


Николай ЮРЛОВ,
КРАСНОЯРСК